Наполеон.Часть 2.Итальянская кампания 1796-1797 г.г.

Командовавшие войсками республики генералы Ожеро и Массена встретили нового командующего с лёгким пренебрежением-назначение Наполеона как «приданое мадам де Богарнэ» от Барраса было лишь одной из интерпретаций армейских сплетен. Но после первого же военного совета спесь слетела с генералов одномоментно. 26-летний Наполеон сумел нагнать нешуточного страха на подчинённых генералов, бывших отнюдь не паркетными шаркунами.
Ожеро смущённо признавался, что «…этот молодчик преизрядно напугал меня…». Видимо это было после слов Наполеона: «Вы, генерал, выше меня на голову. Но ещё одно пренебрежение субординацией — я исправлю эту ошибку природы.»

ozhero-massena

Проблемой в Итальянской армии было всё — снабжение боеприпасами, амуницией, провиантом и конечно же — выучка и дисциплина войск.

italyanskaya-armiya-zhak-de-brevil

Чудовищный дефицит бюджета республики, когда расходы впятеро превышали доходы не позволяли удовлетворить даже самые минимальные требования воюющих армий республики. Поэтому молодой гений войны не стал усложнять себе задачу по мотивации своих солдат. Первый приказ по Итальянской армии в числе прочего гласил: «Солдаты! Вы раздеты, разуты и голодны! Что ж, мы вынуждены отправиться в гостеприимные страны!» Ненадёжные части были основательно почищены, вплоть до расстрелов наиболее разложившися солдат, что принесло требуемый результат — дисциплину. Теперь после кнута требовалось дать солдату пряник. А в те времена самым желанным пряничком была, разумеется, хорошая добыча. И Наполеон дал эту добычу всем: и рядовому солдату и парижским чиновникам. Но главным в Итальянской компании 1796-97 годов была череда блестящих побед молодого генерала Бонапарта над маститыми генералами Австрийской империи и их итальянскими вассалами.

portret-napoleona-bonaparta-generala-i-komanduyushhego-armiej-v-italiizhan-sebastyan-rujyar

Итак, 5 апреля 1796 года Итальянская армия выступила в поход, который станет началом почти 20-летней эпохи европейской жизни и оставит после себя решительно изменённый политико-географический ландшафт Европы. 9 апреля проскочив по прибрежной полосе, у самого подножия Альп батальоны Наполеона вошли в Италию, повергнув в шок австрийцев и их союзников.

karta-nachala-italyanskoj-kampanii

12 апреля 1796 годапервая победа в битве у Монтенотте над австро-сардинцами под командованием генерала Аржанто. «Начало родословной наших побед положено у Монтенотте» говорил в последующем Наполеон.
14 апрелявторая победа при Миллезимо (Коссари) над пьемонтцами в результате которой они были осечены от австрийцев и потеряли 30 орудий и 6 тысяч пленными.
15 апрелятретий успех при Чева.
19 апреляСан-Микеле. И завершающим аккордом первого этапа вторжения — победная битва у Мондови 21 апреля.
Эти события некоторыми военными исследователями называются «6 побед за 6 дней» и классифицируются как одно большое сражение.Эти дни заложили основу тактики Наполеона: «Ввязаться в бой, а там будет видно!».
Стремительный натиск без излишне сложных штабных изысков, разгром противников по частям не давая им времени на осознание ситуации — тактика большинства успешных полководцев от Александра Великого до Карла XII Шведского.
Перед батальонами Наполеона лежали Турин и Милан и он не преминул направиться к ним. В Керраско, в 60 километрах от Турина 28 апреля 1797 года Наполеон подписал перемирие с королём Сардинии и Пьемонта, герцогом Савойи Виктором-Амадеем Третьим.Он обязался снабжать Итальянскую армию всем необходимым, пускать через свою территорию только французские войска, сдал две мощных крепости, и уступил права на Ниццу и Савойю (уже захваченных французами).

viktor-amadej-iii

А накануне, 7-го флореаля IV года, 27-летний командующий обращается к своим солдатам с проникновенным посланием, способным пронять самые загрубелые сердца бывалых вояк:
«Штаб-квартира, Чераско, 7 флореаля IV года
Солдаты! За пятнадцать дней вы одержали шесть побед, захватили 21 знамя, 55 орудий, много крепостей и самую богатую часть Пьемонта, вы захватили 15 тысяч пленных, вы убили и ранили 10 тысяч человек. Вы были лишены всего — вы получили все. До сего дня вы штурмовали лишь скалы, что требует мужества, но не приносит славы Отечеству. А сегодня вы сравнялись с Рейнской и Голландской армиями. Вы выигрывали сражения без пушек, переходили реки без мостов, совершали трудные переходы без обуви, отдыхали без вина и без хлеба. Только фаланги республиканцев, солдаты Свободы способны на такие подвиги!… Но, солдаты, вы пока ничего не сделали, так как вам еще предстоит сделать. Ни в Турине, ни в Милане ещё нет вас и это необходимо исправить…»
(«Quartier général, Cherasco, 7 floréal an IV.
Soldats, vous avez en quinze jours remporté 6 victoires, pris 21 drapeaux, 55 pièces de canon, plusieurs places fortes, conquis la partie la plus riche du Piémont ; vous avez fait 17 000 prisonniers, tué ou blessé plus de 10 000 hommes.
Vous vous étiez jusqu’ici battus pour des rochers stériles, illustrés par votre courage, mais inutiles à la patrie ; vous égalez aujourd’hui, par vos services, l’armée de Hollande et du Rhin.
Dénués de tout, vous avez suppléé à tout. Vous avez gagné des batailles sans canons, passé des rivières sans ponts, fait des marches forcées sans souliers, bivouaqué sans eau de vie, souvent sans pain. Les phalanges républicaines, les soldats de la liberté étaient seuls capables de souffrir ce que vous avez souffert. Grâces vous en soient rendues, soldats !
La patrie reconnaissante vous devra sa prospérité ; et si vainqueurs de Toulon, vous présageâtes l’immortelle campagne de 1794, vos victoires actuelles en présagent une plus belle encore.
Les deux armées qui, naguère vous attaquaient avec audace, fuient épouvantées devant vous : les hommes pervers qui riaient de votre misère et se réjouissaient dans leur pensée des triomphes de vos ennemis sont confondus et tremblants.
Mais, soldats, vous n’avez rien fait puisqu’il vous reste encore à faire. Ni Turin ni Milan ne sont à vous ; les cendres des vainqueurs de Tarquin sont encore foulées par les assassins de Basseville.
Vous étiez dénués de tout au commencement de la campagne ; vous êtes aujourd’hui abondamment pourvus : les magasins pris à vos ennemis sont nombreux ; l’artillerie de siège et de campagne est arrivée. Soldats, la patrie a droit d’attendre de vous de grandes choses ; justifierez-vous son attente ? Les plus grands obstacles sont franchis, sans doute ; mais vous avez encore des combats à livrer, des villes à prendre, des rivières à passer. En est-il entre vous dont le courage s’amollisse ? En est-il qui préféreraient retourner sur les sommets de l’Apennin et des Alpes, essuyer patiemment les injures de cette soldatesque esclave ? Non, il n’en est point parmi les vainqueurs de Montenotte, de Dego et de Mondovi. Tous brûlent de porter au loin la gloire du peuple français ; tous veulent humilier les rois orgueilleux qui osaient méditer de nous donner des fers ; tous veulent dicter une paix glorieuse et qui indemnise la patrie des sacrifices immenses qu’elle a faits ; tous veulent, en rentrant dans leurs villages, pouvoir dire avec fierté : « J’étais de l’armée conquérante de l’Italie ! »
Ainsi, je vous la promets cette conquête ; mais il est une condition que vous jurez de remplir : c’est de respecter les peuples que vous délivrez, c’est de réprimer les pillages horribles auxquels se portent des scélérats suscités par vos ennemis. Sans cela, vous ne seriez pas les libérateurs des peuples, vous en seriez les fléaux ; vous ne seriez pas l’honneur du peuple français, il vous désavouerait. Vos victoires, votre courage, vos succès, le sang de vos frères morts au combat, tout serait perdu, même l’honneur et la gloire. Quant à moi et aux généraux qui ont votre confiance, nous rougirions de commander à une armée sans discipline, sans frein, qui ne connaîtrait de loi que la force. Mais, investi de l’autorité nationale, fort de la justice et par la loi, je saurai faire respecter à ce petit nombre d’hommes sans courage et sans cœur les lois de l’humanité et de l’honneur qu’ils foulent aux pieds. Je ne souffrirai pas que ces brigands souillent vos lauriers ; je ferai exécuter à la rigueur le règlement que j’ai fait mettre à l’ordre. Les pillards seront impitoyablement fusillés ; déjà, plusieurs l’ont été : j’ai eu lieu de remarquer avec plaisir l’empressement avec lequel les bons soldats de l’armée se sont portés pour faire exécuter les ordres.
Peuples de l’Italie, l’armée française vient pour rompre vos chaînes ; le peuple français est l’ami de tous les peuples ; venez avec confiance au-devant d’elle ; vos propriétés, votre religion et vos usages seront respectés.
Nous faisons la guerre en ennemis généreux et nous n’en voulons qu’aux tyrans qui vous asservissent.»)

Затем дошла очередь и до Пармского герцога. Хотя он и не воевал с французами и, вроде бы, соблюдал нейтралитет Наполеон выдоил и его. Парма должна была выплатить контрибуцию в два миллиона франков золотом и предоставить французской армии 1700 лошадей, так как Бонапарт начал кампанию с двумя сотнями мулов на всё про всё, разумеется ни о какой кавалерии речи в Итальянской армии и не шло.
Однако Наполеон не был бы Наполеоном, если бы стал почивать на лаврах после столь блестящей серии побед. С холодной ясностью он видел незавершённость начатой партии. Противник не был окончательно сокрушён или хотя бы потрясён нанесёнными ему поражениями. Северная Италия практически вся находилась в руках австрийцев и 7 мая 1796 года Генерал Наполеон двинул свои войска на север. Форсировав реку По и пройдя вглубь территории французы 10 мая подошли к мосту через реку Адда у селения Лоди, где находились от 7 до 10 тысяч австрийцев с 20-ю орудиями. Завязался ожесточённый бой, в котором сам Наполеон со знаменем в руках бросился на мост, увлекая солдат и получив ранение от залпов картечью. «Повезло»-заметит Дэвид Чэндлер, преподаватель Сэндхёрста и военных академий США, по совместительству авторитетнейший исследователь Наполеона.

lodi

Австрийцы потеряли убитыми 2000 человек и 14 орудий и стали отступать. На плечах отступающего противника батальоны Наполеона 15 мая 1796 года вошли в Милан. А накануне, 14-го, молодой триумфатор лаконично оповестил Директорию: «Ломбардия принадлежит Республике «.

05-15-1796-m

В Ломбардии Наполеон и далее продолжил свою политику снабжения армии за счет завоеванных земель, путём наложения контрибуций на подчиненные земли. В ходе Итальянской кампании Наполеон начинает оттачивать свою тактику ведения войны.

» В кампании 1796-1797 годов Бонапарт проявил себя блестящим мастером маневренной войны. Принципиально он продолжил лишь то новое, что было создано до него армиями революционной Франции. То была новая тактика колонн, сочетаемых с рассыпным строем и умением необычайной быстротой передвижения обеспечивать на ограниченном участке количественное превосходство над противником, умение концентрировать силы в ударный кулак, пробивающий сопротивление неприятеля в его слабом месте. Эта новая тактика уже применялась Журданом, Гошем, Марсо; она была уже проанализирована и обобщена синтетическим умом Лазара Карно, но Бонапарт сумел вдохнуть в нее новую силу, раскрыть таившиеся в ней возможности.»[А. З. Манфред: Наполеон Бонапарт, М., 1971г., стр. 151].
После триумфа Милана, Наполеон посылает Мюрата взять Ливорно, Ожеро — Болонью, а сам захватил Модену. Великое герцогство Тосканское было занято хотя и считалось нейтральным государством. Усиленный реквизированными пушками и снарядами, а также трофейными австрийскими, Наполеон пошёл к Мантуе, одной из самых неприступных крепостей Европы того времени.
Едва начав осаду Мантуи он получает известия о приближении австрийской армии генерала Вурмзера в тридцать тысяч штыков. Ситуация на занятых территориях была взрывоопасной. В Пьемонте — брожение. Была угроза удара в спину и потери коммуникаций с Францией.

vurmzer

Наполеон разделил силы. Шестнадцать тысяч человек он оставил под Мантуей, а двадцать девять тысяч оставил в резерве. Наполеон посылает навстречу Вурмзеру генерала Массена, для приостановки слишком стремительного марша. Вурмзер легко опрокидывает войска Массена. Пытается замедлить продвижение австрийцев и Ожеро, но его постигает участь Массена. Угроза становится явной.

Но гений войны начинает претворять блестящий план. Он уходит от Мантуи, оставляя торжествующего Вурмзера(с восторгом встреченного гарнизоном Мантуи) и стремительно атакует австрийские войска нанеся им поражения в трех сражениях при Лонато, Сало, Брешии. Вурмзер бросается на помощь, сбивает французский заслон, рассеивает несколько батальонов и встречает Наполеона. 5 августа 1796 года под Кастильоне он подвергается разгрому, благодаря блестящему маневру Наполеона, с ударом в тыл к австрийской армии.

Вурмзер укрывается в Мантуе, уповая на помощь армии Альвинци. Наполеон оставив осаждать крепость 8 тысяч человек выступил навстречу Альвинци с армией в 28 тысяч человек.
Встреча состоялась у Арколе. 15 ноября 1796 г. началось сражение, который окончилось 17 ноября. Выполняя обход в ночь на 15 ноября французские части перешли реку Адидже и подошли к Аркольскому мосту. Первые атаки были отбиты, так как солдаты Ожеро наступали по узкой дамбе. Выходя из-за поворота к мосту, они попадала под убийственный огонь австрийцев. В зеркальном положении оказались и сами австрийцы. Тяжелейший бой за Аркольский мост продолжался еще двое суток. Наполеон даже проявил минутную слабость — задумался об отступлении, но фортуна улыбалась герою: австрийцы проявили непонятную апатию и безынициативность и Наполеон вновь воспрял духом.

napoleon-arcole-antoine-jean-gros1796-2

 

ещё одна живописная реконструкция того боя:

arkole-maloe

17 ноября дивизия Ожеро переправившись через реку Альпону с боями двинулась на север к Арколе. Альвинци отступил, потеряв более шести тысяч солдат. В итоге Альвинци был разбит и отброшен.

alvinci

Только через полтора месяца австрийская империя смогла организовать новую армию. Австрийцам не терпелось взять реванш за поражения. Кроме того в Мантуе, сидел в осаде генерал Вурмзер ожидая вызволения. В середине января 1797 г. состоялась кульминация. 14 января 1797 года пять дивизий генерала Альвинци атаковали Наполеона и его 30 000 солдат с 60 пушками на высотах Риволи. Сымитировав отступление и предложив мнимое перемирие, он использовал часовую передышку чтобы перегруппировать свои войска, после чего обрушился на расслабившегося врага. в чём особенно отличились солдаты Массена.
Альвинци стремительно уходя от французов уже и не помышлял о деблокаде Мантуи. Она продержалась ещё пару недель, а 2 февраля 1797 г. австрийский гарнизон выкинул белый флаг. Падение Мантуи, «ключа к Ломбардии»- финальный аккорд в завоевании Северной Италии войсками Республики.

kapitulyaciya-mantui

Неугомонный Наполеон ринулся на север в направлении территории самой Австрийской Империи. В панике император бросает войска эрцгерцога Карла с германского фронта навстречу Наполеону. Однако весной 1797 г. Карл разгромлен в нескольких битвах с Бонапартом — при Тальяменто и Градиске. Эрцгерцог бежит к Бреннеру. Дорога на Вену свободна! Авангард Наполеона всего лишь в ста пятидесяти километрах от столицы Габсбургской Империи. Двор в панике и ужасе. В Вене хаос, спешно закапываются и вывозятся с0кровищница. Империя на пороге полного разгрома, вторжения и захвата столицы, лучшие армии во главе с блестящими в прошлом генералами рассеяны — так взошла звезда Наполеона.
Папа.
Попутно Наполеон жёстко и без компромиссов поставил на место Ватикан. В тот период папский престол занимал папа Пий Шестой, известный своей ненавистью к революционному Парижу. К тому же понтифик питал сильную личную неприязнь к Наполеону Бонапарту за его беспощадное подавление восстания 13 вандемьера. Пий всячески поддерживал и благословлял Австрийскую империю на борьбу с Наполеоном. Потому сразу же после падения Мантуи высвободившиеся войска вторглись в Папскую область. В первом же сражении паписты были разгромлены и обратились в стремительное бегство. Преследовавший их Жюно уничтожил множество противников, а тех что не уничтожил — пленил. Ужас охватил население Папской области. Города сдавались сразу же при приближении французских авангардов. Из Рима побежали толпы папских прихлебателей, бросая всё уносили ноги богатые граждане. Богатая добыча доставалась войскам корсиканского Ганнибала. Потрясённый и напуганный папа запросил мира и 19 февраля 1797 года в городке Толентино Наполеон предъявил свои условия кардиналу Маттеи. Папе была выставлена контрибуция в тридцать миллионов франков, помимо огромного количества различных ценностей и произведений искусства, до сих пор хранящихся в Лувре и других музеях Франции. Наполеон держал слово — добыча шла всем: от солдата до члена Директории.

Леобен.

leoben-2

7 апреля 1797 года Наполеон начал переговоры с австрийской делегацией, желавшей заключения перемирия, возглавляемая генералами генералами Борегаром и Мервельдтом и через десять дней — 18 апреля в замке Эггенвельд были контуры мирного соглашения. Предварительно, Австрия отказывалась Бельгии, признавала Северную Италию зоной французских интересов, но сохраняла за собой прирейнские земли. Имелась секретная часть, где Австрии была обещана часть Венеции.
Директория могла счесть эти условия неприемлемыми, так как хотела присоединить Эльзас и Лотарингию к Франции. В компенсацию Австрии за уступки на Рейне отдавалась Ломбардия.
Но это категорически не устраивало Наполеона. Судьбой своего приза он не до-верял распоряжаться никому. В письме Директории 19 апреля он пригрозил, в случае непринятия его условий мирного соглашения с австрийцами, отставкой и уходом в политику. Последнее условие, надо думать, стало решающим аргументом в этом поединке с дельцами из Директории. Им вовсе не хотелось увидеть рядом с собой суперпопулярного и решительного человека. Инстинкт самосохранения сработал безотказно. Вторым увесистым доводом стал щедрый поток золота и ценностей, немалая часть которого прилипла к рукам парижских политиканов. Ну и, наконец, сработал старый принцип — «победителей не судят».

Создание республик.

Выполняя договорённости с австрийцами Наполеон приступил к захвату Венеции. воспользовавшись убийством нескольких солдат как удобным поводом он ввёл войска 5 мая 1797 в Венецию и объявил дожу и сенаторам об упразднении их государства и переходе под юрисдикцию Франции.

vstuplenie-francuzov-v-veneciyu-5-maya-1797-goda

Город отходил к Австрийской империи, а материковая часть Венецианской республики вливалась в состав Цизальпинской республики (июнь 1797 года), наряду с образованными после битвы при Лоди Транспаданской и Циспаданской республиками. Территориально Цизальпинская республика состояла из земель Болоньи, Феррары, Романьи, части Пармского герцогства, а также Ломбардии, Модены, Массы и Каррары. Столицей республики являлся Милан. Политическое устройство целиком копировало устройство Франции, на основе конституции III года республики. Этими действиями молодой Наполеон проявил себя как мудрый и дальновидный политик, создающий дружественное окружение. Вот где пригодились труды, прочитанные им в бытность юным лейтенантом в полку Валанса…

general-bonapart-provozglashaet-cizalpinskuyu-respubliku

Вслед за этим, в июне же Наполеон захватывает Геную, руководствуясь не договорённостями с кем-либо, а сугубо личными устремлениями. Так появляется Лигурийская республика, где основой политического устройства также является конституция III года.
17 октября 1797 года был подписан мирный договор с Австрией, так как Леобенские соглашения являлись временными. Но с июня по октябрь произошла череда трагических, сумбурных, но важных событий: был раскрыт роялистский заговор, в котором оказались замешаны некоторые члены Директории (Бартелеми и Карно), а также популярный в войсках генерал Пишегрю. Однако Баррас с его обострённым чувством самосохранения переиграл оппонентов и разгромил их не прибегая к пушечным залпам. Эти события, носившие название «переворот 18 фрюктидора» внушили австрийцам надежды, что ситуация повернётся в их сторону и они отыграют игру. Поэтому Кобенцль — глава австрийской делегации всячески уклонялся от заключения соглашения всеми возможными способами. Взбешённый Наполеон показал Кобенцлю секретную депешу Директории, где содержалось требование в случае упрямства австрийцев двинуть войска на Вену. Кобенцль не на шутку был напуган и дело сдвинулось со скрипом. С нервами и скандалами, но договор был всё же подписан именно в том варианте, который устраивал Наполеона. Для него это было триумфальным финалом всей Итальянской кампании.
Мирное соглашение состояло из 25 официальных и 14 тайных пунктов. Австрия уступала Франции Бельгию и признавала образование Цизальпинской республики. Австрия обязалась оказать содействие Франции на Раштадтском конгрессе в том, чтобы к ней перешёл левый берег Рейна. Венецианская республика прекращала своё существование. Австрия получала г. Венецию и территорию на левом берегу Адидже, Франция — Ионические острова и территорию в Албании. За уступку Франции районов Эльзаса Австрия завладела Зальцбургом и частью баварской территории до Инна. Она получала также Истрию и Далмацию. Собственники с левого берега Рейна получали компенсацию на правом его берегу. Мирный договор закреплял доминирование Франции в Германии и Италии, создавал плацдармы на Балканах и Ионических островах. Австрии договор дарил вожделенную передышку в войне против Французской республики в составе новой коалиции европейских держав, так как Кампо-Формийский договор изначально не был способен обеспечить устойчивого мира. Осенью 1798 родилась вторая антифранцузская коалиция.
7 декабря 1797 г. Наполеон прибывает в Париж.
10 декабря ему устраивают грандиозную встречу в Люксембургском дворце. Словно римского триумфатора его заливают пафосными речами и неприкрытой лестью. Наполеона же совершенно не тронула эта помпа.
«Народ с таким же восторгом бежал бы вокруг меня, если бы меня везли на эшафот» — в этом весь Наполеон…

Если вам понравился материал, нажмите, пожалуйста, кнопку "Мне нравится" или "G+1". Нам важно знать ваше мнение!

Комментарии закрыты